Пятница
24.11.2017
02:58
Приветствую Вас Гость
RSS
 
СТУДИЯ СИЛКВАЙР
Главная Регистрация Вход
КПВ - Тур 145(ноябрь) - Страница 3 - Форум »
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 3 из 12«123451112»
Модератор форума: kuperschmidt, Cthulhu, Lizzy 
Форум » Все форумы » Переводы П. Г. Вудхауза » КПВ - Тур 145(ноябрь) (проза)
КПВ - Тур 145(ноябрь)
LizzyДата: Понедельник, 30.11.2015, 14:57 | Сообщение # 31
Живое Слово
Группа: Модераторы
Сообщений: 2084
Награды: 12
Репутация: 0
Статус: Offline
Вообще-то весь последний день месяца тоже не лишний, как-никак подспорье еще раз прошерстить текст. biggrin

Дурак учится на своих ошибках, умный — на чужих, а мудрый использует опыт и тех, и других себе на пользу.
 
GothicDivineДата: Понедельник, 30.11.2015, 15:00 | Сообщение # 32
Иногда изрекаю слово
Группа: Проверенные
Сообщений: 21
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Цитата Lizzy ()
Вообще-то весь последний день месяца тоже не лишний, как-никак подспорье еще раз прошерстить текст.

Я, почему-то, поняла, что нужно сегодня выкладывать biggrin Наверняка там есть еще, что выловить, но глаз уже замылился dry
 
bazingaДата: Понедельник, 30.11.2015, 18:30 | Сообщение # 33
Молчун
Группа: Проверенные
Сообщений: 7
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Последнее испытание
Панч, 15 октября 1902

— Когда же у вас назначено?, — спросил я Петтифера.
— Никогда, — он тяжко вздохнул. — Никогда. Все кончено. Совершенно все. Мы расстались и навсегда. Смит, я любил ее с такой страстью, что заискрил бы даже асбест, никакими словами не выразить эту страсть. Мы были созданы друг для друга, Смит. Она ненавидит пастернак — и меня от него просто тошнит. Мы оба собираем почтовые марки, оба играем в пинг-понг. Короче говоря, наши вкусы совершенно одинаковы, и наш союз, призван был стать одним из тех, что заключаются на небесах. Но нет. Как же я был наивен!
— Да ты совсем отчаялся, — сказал я, утешая единственным доступным мне способом.

— Ты совершенно прав. Спасибо. Хотя... содовой поменьше. Ага. Отчаялся невообразимо..
— Так отчего же?
— Сейчас расскажу. Ты читаешь N?
И он благоговейно прошептал название известного образца нашей бульварщины.
— Регулярно, — признался я. — У него тираж в пять раз больше, чем у любой утренней газетенки.
— Истинно так, — согласился Петтифер. — Как и ты, я постоянный читатель этого выдающегося издания. Ему-то я и обязан моим теперешним страданьям. Всего пару дней назад на глаза мне попалась статья, краткая, но весьма интересная тем, кто стоит на пороге женитьбы. Никто, как в ней говорится, не должен вступать в брак, предварительно со всей страстью не проэкзаменовав свою избранницу на предмет музыки.
— Музыки?
— Вот именно. Смысл в том, чтобы играть ей специально отобранную музыку и подмечать ее воздействие. Подобным способом, как пишет автор, ежегодно можно предотвратить тысячи несчастных браков. Я решил испробовать эту методу. Итог тебе известен. Четыре дня назад...

— Именно, — прервал его я торопливо, — четыре дня назад ты прыгал от счастья, и что теперь? Доволен?
— Не то чтобы прыгал,— проворчал Петтифер, — но суть ты уловил. Словом, сперва я решил прогнать ее через Сен-Санса. Она оживилась с первых же аккордов. Я решил, что это добрый знак. Ум и уравновешенность отличают особу, которая восторгается Сен-Сансом. Я продолжил играть. Ей, казалось, понравилась соната Бетховена, а Хор солдат из "Фауста" по ее настоянию я сыграл на бис. Я заключил, что она обладает не только художественным вкусом, но и чрезвычайно добрым сердцем.
— Так зачем же ты...?
— К этому я и подвожу. Назавтра я начал испытание с отрывков из Оффенбаха. К моему ужасу, он ей явно понравился.
— И что же это значит?

— Коварство. Коварство и вероломство самого худшего толка. Я уж начал было полагать, что восторг, который ее охватил при звуках Сен-Санса и Бетховена показался мне, — да нет же, и был — сущим притворством. Я посудил разрешить все мои сомненья последним испытанием. Внимательно глядя на нее я начал играть свою собственную вещицу, прелестную пьесу в ре-бемоль мажоре, шесть бемолей. Но лишь только я ударил по клавишам, как с улицы донеслись хриплые вопли бродячей шарманки. На Люсинду, то есть, мисс Робинсон, так мне теперь следует ее называть, они произвели поистине электрический эффект. Она подпрыгнула, подбежала к окну и внимала им, выказывая все признаки чрезвычайного удовольствия. Злодей сыграл целых три арии, и все они были из последней комической оперы этого идиота Брауна.

— Разве Браун тебе не по вкусу? — спросил я.
В мире музыки Браун был злейшим врагом Петтифера и он не удостоил меня ответом.
— Когда он закончил, она бросила ему полкроны, закрыла окно и велела мне продолжать. Холодно извинившись, я удалился.
— И?
— В тот же вечер я написал ей, что расторгаю помолвку и при получении конверта с марками и адресом верну ей все ее письма.


Сообщение отредактировал bazinga - Вторник, 01.12.2015, 02:13
 
TAMIKA2Дата: Понедельник, 30.11.2015, 19:01 | Сообщение # 34
Иногда изрекаю слово
Группа: Проверенные
Сообщений: 27
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
ПОСЛЕДНЕЕ ИСПЫТАНИЕ
«Панч», 15 октября 1902 г.

— Ну, и когда же? — спросил я.
— А никогда. — Петтифер подавленно вздохнул. — Никогда. Всё кончено. Полностью. Мы расстались раз и навсегда. Знаешь, Смит, я любил эту девушку с таким пылом, что его невозможно описать словами. Моё чувство было огнём, способным расплавить всё на свете. Нас с ней будто создали друг для друга, Смит. Ей не нравились пастернаки, и я их не выносил. Мы оба собирали почтовые марки. Оба играли в пинг-понг. Короче, нас роднила общность вкусов и, казалось, этот союз из тех, что заключаются на небесах. Но нет. Куда там.
— Похоже, она разбила тебе сердце, — сказал я и протянул ему единственное утешение, которое имелось в пределах моей досягаемости.
— Точно. Спасибо. Что ж… Стоп. Не так много содовой. Ты прав. Разбила вдребезги.
— Так в чём дело?..
— Сейчас расскажу. Ты читаешь?.. — Понизив голос до уважительного шёпота, Петтифер произнёс название одного из наших главных полупенсовых листков.
— Чуть ли не каждый день, — признался я. — У любой утренней газеты за пенс тираж в пять раз меньше.
— Точно, — согласился Петтифер. — Что ж, я тоже верный читатель этого печатного издания. Видишь ли, всё дело в том, что именно ему я обязан своим нынешним плачевным положением. Несколько дней назад я увидел среди колонок небольшую, но весьма занимательную статью для тех, кто собирается жениться. Её автор писал: «Ни один мужчина не должен вступать в брак, предварительно не проверив своей невесты наистрожайшим образом на предмет музыки».
— Музыки?
— Вот именно. Суть идеи в том, что ты проигрываешь определённые произведения и подмечаешь эффект. Как говорилось в статье, с помощью этого нехитрого способа, можно ежегодно уберечь от несчастливого супружества тысячи пар. Я решил опробовать схему. Сам видишь, что из этого вышло. Четыре дня назад…
— Вижу! — торопливо оборвал я. — Четыре дня назад ты был сама жизнерадостность, тогда как сейчас… Ну?
— Не то слово, — пожаловался Петтифер, — но суть верна, примерно это я чуть не сказал сам. Что ж, для начала я опробовал на ней отрывок из Сен-Санса. И тот привёл её в восторг с первого же такта. Начало было многообещающее. Если девушка восторгается Сен-Сансом, ей присущи ум и уравновешенность. Я продолжил. Она, похоже, получила удовольствие от сонаты Бетховена и определённо была не прочь снова послушать «Хор солдат» из «Фауста», на основании чего я вывел, что она не только артистичная, но и обладает весьма мягким сердцем.
— Так почему ты с ней?..
— Я к этому подвожу. Следующий день я начал с Оффенбаха. К моему испугу, тот ей явно понравился.
— И что это означало?
— Коварство. Обман и коварство самого мерзкого рода. Мне в голову начали закрадываться мысли, что удовольствие, которое она выказала, слушая Бетховена и Сен-Санса, возможно — нет, точно — не более, чем притворство. Итак, я решил поставить всё на последнее испытание. Начал играть собственную вещицу, красивый маленький этюд с пятью бемолями, соль при ключе. И едва я ударил по клавишам, как с улицы за окном донеслись сиплые потуги бродячей шарманки. Люсинда — следовало сказать мисс Робинсон — пришла от них в необычайное волнение. Она вскочила на ноги, подбежала к окну и начала слушать, причём выказывала все признаки истинного удовольствия. Повинный же в этом негодяй проиграл три мелодии, сплошь отрывки из последней комической оперы этого дурака Брауна.
— Не любите Брауна? — спросил я. В мире музыки Браун — смертельный противник Петтифера.
Он пропустил мой вопрос мимо ушей.
— Когда шарманщик закончил, мисс Робинсон бросила ему полкроны, закрыла окно и попросила меня продолжать, — сказал он. — А я холодно извинился и ушёл.
— И?
— Тем же вечером я написал письмо и сообщил, что нашей помолвке конец и что по получении конверта с маркой и обратным адресом я верну её письма.


Сообщение отредактировал TAMIKA2 - Понедельник, 30.11.2015, 21:33
 
HelgaДата: Понедельник, 30.11.2015, 21:48 | Сообщение # 35
Ходячий Дикционарий
Группа: Проверенные
Сообщений: 169
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Helga

ПОСЛЕДНЯЯ ПРОВЕРКА
Журнал «Панч», 15 октября 1902 года

— Когда же наступит счастливый день? — спросил я.
Петтифер тяжело вздохнул.
— Никогда, — ответил он. — Никогда. Все отменяется. Абсолютно и бесповоротно. Мы расстались навсегда. Я обожал эту девушку, Смит, обожал с ослепляющей страстью, описать которую словами нет сил. Мы были созданы друг для друга, Смит. Ей не нравился сельдерей. Я ненавидел эти корешки. Она собирала почтовые марки — я тоже. Мы оба играли в пинг-понг. Короче говоря, наши вкусы совпадали идеально, и союз наш словно был освящён на небесах. Однако, всё не так. Совсем не так.
— Ты, похоже, убит горем, — заметил я, предлагая ему единственно доступное мне утешение.
— Совершенно убит. Спасибо. Хватит. Поменьше содовой. Прекрасно. Моё сердце разбито.
— Тогда почему ..?
— Сейчас расскажу. Ты читаешь … ?
Он понизил голос до благоговейного шепота, произнося название одного из наших расчудесных журналов по пол-пенни.
— Читаю регулярно, — признался я. — У них тираж в пять раз больше, чем у любой дешевой утренней газетёнки.
— Истинная правда, — ответил Петтифер. — Я тоже являюсь постоянным читателем этого великолепного периодического издания. Именно этому факту я и обязан своим несчастьем. Несколько дней назад мне встретилась в журнале одна статья, короткая, но весьма интересная. Написано для тех, кто намеревается связать себя узами брака. Автор утверждает, что прежде чем играть свадьбу, нужно обязательно и со всей серьёзностью проверить музыкальные предпочтения невесты.
— Музыкальные предпочтения?
— Вот именно. Предлагается сыграть несколько мелодий и отметить произведённый эффект. Там ещё сказано, что такие проверки позволили бы ежегодно предотвратить заключение тысяч несчастных брачных союзов. Я решил попробовать. Ты видишь, что из этого вышло. Четыре дня назад ...
— Знаю, четыре дня назад ты светился от счастья, а теперь ...! И что же? — нетерпеливо прервал я собеседника.
— Там много чего ещё было, — проворчал Петтифер. — Но вкратце всё именно так и есть. Ну, первым делом я сыграл кое-что из Сен-Санса. Ей очень понравилось, с самого первого аккорда. Неплохое начало. Если девушке нравится Сен-Санс, она умна, и у неё хороший характер. Идём дальше. Казалось, она благосклонно отнеслась к бетховенской сонате, а «Хор Солдат» из «Фауста» даже попросила исполнить на бис. Всё это дало мне основания полагать, что передо мной — натура не только артистическая, но и наделённая весьма нежным сердцем.
— Тогда почему же ты …?
— К этому я и веду. На следующий день я сыграл несколько тактов из Оффенбаха и был страшно разочарован, увидев, что её привлекает такая музыка.
— Что бы это значило?
— Хитрость. Коварство и хитрость в наихудшем виде. Я даже подумал, что раньше, когда она показывала, что ей нравились Сен-Санс и Бетховен, возможно, или даже наверняка, она притворялась. Всё должно было решиться окончательно после третьей проверки. Я пристально посмотрел на Люсинду и заиграл пьеску собственного сочинения. Этакая прелестная вещица — пять бемолей, соль мажор. Однако, как только я ударил по клавишам, с улицы донеслиcь хриплые завывания бродячей шарманки. Люсинда, то есть, я хотел сказать мисс Робинсон, так и подскочила, будто её током ударило. Подбежала к окну и прислушалась, демонстрируя исключительное удовольствие. Этот мерзавец сыграл три мотивчика, все — отрывки из последнего мюзикла этого идиота Брауна.
— А тебе Браун не нравится? — осведомился я.
Браун — заклятый враг Петтифера в мире музыки.
Моё замечание было проигнорировано.
— Когда всё стихло, она бросила шарманщику пол-кроны, закрыла окно и предложила мне продолжать, — сказал Петтифер. — Я холодно попрощался и вышел.
— Неужели?
— В тот же вечер я написал ей. Сообщил, что разрываю помолвку, и что готов вернуть полученные от неё письма, как только мне будет доставлен конверт с обратным адресом и марками на оплату почтовых расходов.


Сообщение отредактировал Helga - Понедельник, 30.11.2015, 21:59
 
LizzyДата: Вторник, 01.12.2015, 00:04 | Сообщение # 36
Живое Слово
Группа: Модераторы
Сообщений: 2084
Награды: 12
Репутация: 0
Статус: Offline
А я дождалась полуночи tongue :-)

Главное испытание.

«Панч», 15 октября, 1902

- Ну, и когда счастливое событие? - спросил я.
Петтифер мрачно вздохнул.
- Никогда. Меж нами все кончено. Мы расстались навсегда. Я любил ее, Смит, безоглядно, страстно, словами и не передать. Нас многое объединяло. Она невзлюбила пастернак, и я возненавидел его всей душой. Мы вместе собирали марки, играли в пинг-понг. Да что там говорить, наши вкусы полностью совпадали. Скажешь, наш союз из тех, что заключаются на небесах? А вот и нет. Ничего подобного.
- Стало быть, твое сердце разбито, - посочувствовал я и предложил ему единственно возможное утешение.
- Да, в дребезги. Спасибо. Достаточно. Содовой совсем чуть-чуть. Да, столько. Я совершенно раздавлен.
- Зачем же…
- Сейчас расскажу. Ты читаешь… - и он прошептал название одного из грошовых журналов.
- Как же, постоянно, - признался я откровенно, - его тираж в пять раз превышает тираж любой утренней газетенки.
- Что правда, то правда, - согласился Петтифер. – Вот и я тоже почитываю это достойное издание. Оно-то и повинно в моих нынешних муках. Всего несколько дней назад я наткнулся на коротенькую статью с любопытными советами для тех, кто еще только собирался сочетаться узами брака. «Не один мужчина, - утверждал автор, - не должен жениться, предварительно не выяснив музыкальные пристрастия своей будущей супруги».
- Музыкальные пристрастия?
- Они самые. Все просто, ты даешь девушке кое-что послушать, и наблюдаешь ее реакцию. «Благодаря этому средству, - говорилось в статье, - были предотвращены тысячи несчастных браков». Я тоже решил попробовать и ты сам видишь, к чему это привело. Четыре дня назад…
- Знаю, - торопливо прервал я его, - четыре дня назад ты был весел и бодр, а теперь… Что ты сказал?
- Не все так просто, - проворчал Петтифер, - но, по сути, верно. Итак, сначала я испробовал на ней отрывок из Сен-Санса и он увлек ее с первого же такта. Многообещающее начало. Восхищаться Сен-Сансом может только умная и рассудительная девушка. Я пошел дальше. Она слушала сонату Бетховена, и вид у нее был довольный, хор солдат из Фауста тоже прошел на ура. Стало быть, она не только творческая личность, но еще и чувствительная натура, решил я тогда.
- Зачем же ты…?
- Сейчас мы к этому подойдем. Следующий день я начал с Оффенбаха. К моему ужасу он, несомненно, ей понравился.
- Что ж такого?
- Уловка. Коварство и хитроумный план. Я заподозрил, что, наверное, да нет, скорее наверняка, она просто притворялась, когда восхищалась Сен-Сансом и Бетховеном. Оставалось положиться на главное испытание. Не сводя с нее глаз, я заиграл собственную прекрасную мелодию в тональности ре-бемоль мажор. Но едва я начал, как с улицы донеслись хриплые звуки шарманки. Люсинда, то есть мисс Робинсон, тут же преобразилась. Она вскочила, подбежала к окну и принялась слушать с явными признаками наслаждения. Этот негодяй целых три раза заводил шарманку, и проиграл все выдержки из последней комической оперы идиота Брауна.
- Тебе не нравится Браун? - поинтересовался я.
Браун был ненавистным соперником Петтифера в музыкальной среде.
Он пропустил мой вопрос мимо ушей.
- Когда он закончил, она бросила ему полкроны, закрыла окно и попросила меня продолжать. Я же простился с ней холодно и удалился.
- В самом деле?
- Тем же вечером я написал ей о расторжении помолвки и обещал вернуть ее письма, как только получу конверт со штемпелем и обратным адресом.


Дурак учится на своих ошибках, умный — на чужих, а мудрый использует опыт и тех, и других себе на пользу.
 
venefica7436Дата: Вторник, 01.12.2015, 00:47 | Сообщение # 37
Иногда изрекаю слово
Группа: Проверенные
Сообщений: 33
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
РЕШАЮЩЕЕ ИСПЫТАНИЕ

-- И когда ваша свадьба? – поинтересовался я.
Петтифер мрачно вздохнул и ответил:
-- Никогда. Свадьба отменяется. О ней не может быть и речи. Мы окончательно расстались. Смит, я безумно любил эту девушку. Страсть, не знавшая преград, бушевала в моем сердце. Страсть неописуемой силы, Смит. Казалось, мы созданы друг для друга. Ей не по вкусу пастернак. Я его терпеть не могу. Мы оба собирали марки. Оба увлекались пинг-понгом. В общем, наши вкусы полностью совпадали. Словно мы посланы друг другу небесами. Увы -- ничего подобного.
-- Похоже, твое сердце разбито, -- отметил я, предлагая Петтиферу единственное успокоительное средство, которое оказалось под рукой.
-- Вдребезги! Благодарю. Достаточно. Не лей слишком много содовой. Так и есть – я убит горем.
-- В чем же дело?
-- Сейчас расскажу. Читаешь ли ты *? – благоговейно зашептал он, упоминая одну из популярных бульварных газетёнок.
-- Каждый выпуск, -- признался я. – Тираж у нее в пять раз больше, чем у утренних газет.
-- Точно. Так вот, как и ты, я регулярно черпаю житейские истины в ее выпусках. Здесь и кроется причина моих страданий. Пару дней назад мне попалась краткая, но информативная статья – советы для тех, кто собирается жениться. Один из советов гласит: «Прежде чем связать себя узами брака, непременно проверьте вашу невесту в музыкальном отношении».
-- Музыкальном?
-- Именно. Суть в том, чтобы играть девушке музыкальные фрагменты и отмечать, какой они производят эффект. Автор утверждает, что таким образом можно предотвращать не менее тысячи несчастливых союзов ежегодно. Я решился попробовать – и вот результат. Четыре дня назад…
Я прервал его:
-- Да уж, всего четыре дня назад ты светился от счастья! Не то что сейчас. Что же произошло?

-- Вкратце так, но я собирался рассказать чуть подробнее, -- ответил Петтифер раздраженно. -- Что ж, вначале я сыграл ей фрагмент из Сен-Санса. С первых тактов было заметно, что музыка пришлась ей по душе – хороший знак. Девушку, любящую Сен-Санса, отличают ум и уравновешенный характер. Я продолжал проверку. Ей определенно понравилась соната Бетховена, а марш солдат из «Фауста» она упрашивала сыграть вновь. Таким образом, я заключил, что моя невеста – тонко чувствующая натура с изысканным вкусом.
-- Из-за чего тогда…
-- Сейчас объясню. На другой день я продолжил музыкальную проверку, начав с нескольких тактов из оперетты Оффенбаха. Какой ужас! Мою невесту и они не оставили равнодушной.
-- И что это означает?
-- Лживость. Лживость и лицемерие. Я начал подозревать, что она, возможно – нет, вне всякого сомнения -- лишь коварно притворялась увлечённой Сен-Сансом и Бетховеном. Тогда я провёл решающее испытание. Не сводя с нее глаз, я начал играть свою собственную вещицу, трогательную пьесу в соль-миноре. Как только я заиграл, на улице пронзительно заскрипела шарманка. Что стало твориться с моей невестой! Люсинда – теперь для меня она мисс Робинсон – вскочила и подбежала к окну, прислушиваясь с нескрываемым удовольствием. Мерзкий шарманщик сыграл целых три мотивчика, все из последней комической оперы этого идиота Брауна.
-- Не любишь Брауна? – спросил я, изображая неподдельное удивление.
(Браун – злейший соперник Петтифера на музыкальном поприще.)
Не удостоив меня ответом, Петтифер завершил рассказ:
-- Когда он остановил свою шарманку, Люсинда бросила ему полкроны и, закрыв окно, попросила меня продолжать. Я сухо попросил меня извинить и вышел.
-- И?
-- В тот же вечер я письменно уведомил ее о разрыве нашей помолвки и о своей готовности, по получении конверта с марками и обратным адресом, вернуть ее письма.
 
veraДата: Вторник, 01.12.2015, 06:24 | Сообщение # 38
Собеседник Века
Группа: Проверенные
Сообщений: 349
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Последнее испытание.

– Ну, и когда же?– поинтересовался я.
Петтифер уныло вздохнул.
– Никогда,– ответил он.– Никогда. Все кончено. Абсолютно. Мы расстались навсегда. Я обожал эту девушку, Смит. Нет слов, как страстно я любил ее. Мы были созданы друг для друга. Она не любит пастернак. И я его терпеть не могу. Мы оба собираем почтовые марки. Играем в настольный теннис. Короче, наши вкусы совпадали, а союз был,как говорится, из тех, что заключаются на небесах. Но, нет. Не судьба.
– Вижу, твое сердце разбито, – предположил я, одновременно предлагая ему единственное утешение, которое было у меня под рукой.
– Совершенно. Спасибо. Хватит. Поменьше содовой. Так. Абсолютно разбито.
– Но почему..?
– Сейчас расскажу. Ты читаешь..?
Его голос снизился до благоговейного шепота, когда он назвал один из популярных дешевых журналов.
– Регулярно, –признался я, раскрывая тайну. – Он выходит пять раз в неделю, как и утренняя газета.
– Точно, – подтвердил Петтифер,– Ну, я, как и ты, являюсь постоянным читателем этого замечательного издания, которому, собственно, и обязан своим несчастьем. Несколько дней назад я увидел на его страницах статейку, небольшую, но довольно интересную для тех, кто собирается связать себя брачными узами.Автор пишет: « Мы не советуем мужчинам жениться, не проэкзаменовав свою невесту со всей тщательностью с помощью музыки.»
– Музыки?
–Именно. Ты играешь отрывки из музыкальных произведений и отмечаешь эффект, который они произведут. Так, гласит статья, можно ежегодно предотвращать тысячи неудачных браков. Я решил проверить теорию на себе. Результат, как говорится, налицо. Четыре дня назад...
– Знаю, знаю,– торопливо перебил я, – четыре дня назад ты был бодр и весел, а сейчас..! Ну, и..?
– Там было еще много чего, – раздраженно буркнул Петтифер, – но я буду краток и расскажу основное. Итак, испытание началось с отрывка из Сен-Санса. Музыка заворожила ее с первого такта. Что ж, хорошее начало! Девушка, которой нравится Сен-Санс, отличается умом и уравновешенным характером. Мы пошли дальше. Соната Бетховена ей понравилась, а хор солдат из «Фауста» пришлось повторить на бис. Из этого я сделал вывод, что у нее хороший вкус и отзывчивое сердце.
– Тогда почему же ты..?
– Я подхожу к этому. Следующий день начался с нескольких тактов Оффенбаха. К моему ужасу, на нее эта музыка, несомненно, произвела благоприятное впечатление.
– И что это означает?
– Хитрость. Коварство и хитрость во всей красе. Я уже подумал, что удовольствие, которое она продемонстрировала,слушая Сен-Санса и Бетховена, наверное, – да, нет, я уверен в этом– притворство чистейшей воды.. Я решил сделать ставку на последнее испытание. Не сводя с нее глаз, я начал играть небольшую вещицу собственного сочинения, чудесную пьеску с пятью бемолями* в тональности соль бемоль мажор. Только я ударил по клавишам, как с улицы донеслись сиплые звуки шарманки. Люсинду (наверное, уместнее сказать « мисс Робинсон»), словно током ударило. Она вскочила, подбежала к окну, и слушала, надо заметить, с величайшим удовольствием.
Сводник "при исполнении " сыграл три мелодии из новейшей комической оперы этого идиота Брауна.
– Ты не любишь Брауна?
Браун– заклятый соперник Петтифера в мире музыки. Мой собеседник сделал вид, что не слышал вопроса.
– Когда шарманщик перестал играть,– сказал он,– она бросила ему полкроны, закрыла окно и попросила меня продолжить. Я холодно извинился и ушел.
– И что?
– В тот же вечер я написал ей,что наша помолвка расторгнута, и, как только я получу конверт с адресом и марками, то верну ее письма.

*Пять бемолей в тональности ре бемоль мажор.
 
Fleur_dorangeДата: Вторник, 01.12.2015, 06:35 | Сообщение # 39
Птица Говорун
Группа: Проверенные
Сообщений: 94
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
ПОСЛЕДНЕЕ ИСПЫТАНИЕ

— Ну и когда это случится? — поинтересовался я.
Мрачно вздохнув, Петтифер ответил:
— Никогда. Этому не бывать. Всё кончено. Совершенно. Мы расстались навеки. Я любил эту девушку, Смит, любил так страстно, что едва ли этому можно дать рациональное объяснение. Мы были созданы друг для друга, Смит. Она терпеть не могла пастернак, который и я ненавидел всей душой. Мы вместе собирали почтовые марки и вместе играли в теннис. Наши вкусы были настолько близки, что казалось, наш союз благословлён самими Небесами. Но не тут-то было.
— На тебе лица нет, — проговорил я, одновременно протягивая ему единственное доступное мне средство утешения.
— Так и есть. Благодарю. Я скажу когда…Не переборщи с содовой. Достаточно. Моё сердце разбито.
— Тогда в чём же дело?
— Я расскажу. Ты читаешь…?
Он благоговейно прошептал название одного из наших знаменитых журналов за полпенни.
— Регулярно, — откровенно признался я. — Его тиражам позавидует любая серьёзная утренняя газета.
— Правильно, — подтвердил Петтифер. — Я, как и ты, постоянно читаю прессу. В столь плачевном состоянии я оказался благодаря этому факту. Несколько дней тому назад на страницах сего издания мне попалась краткая, но чрезвычайно познавательная статья, адресованная тем, кто собирается жениться. В ней говорилось: «Ни одному мужчине не следует связывать себя узами брака, пока он не оценит вкус своей невесты к музыке».
— Музыке?
— Точно. Идея состоит в том, что характер девушки можно определить по её реакции на отрывки из различных музыкальных произведений. В статье утверждалось, что таким образом можно было бы ежегодно предупреждать тысячи несчастливых браков. Я решил это испробовать. Итог тебе известен. Четыре дня назад…».
— Мне известно, — поспешил прервать его я, — что четыре дня назад ты был полон жизни и энтузиазма. Не то, что сейчас! Так что же произошло?
— А случилось вот что, — продолжил Петтифер с грустью, — я как раз подошёл к сути. Что ж, сначала я сыграл ей отрывок из Сен-Санса. Музыка пленила её с первых тактов. Начало было хорошее. Сен-Санс нравится девушкам умным и уравновешенным. За этим последовала соната Бетховена, а затем бравурный хор солдат из «Фауста». Я заключил, что она не только артистическая, но и чрезвычайно нежная натура.
— Тогда почему ты…?
— К этому я и веду. На следующий день я начал с нескольких тактов Оффенбаха. Её явный восторг привёл меня в уныние.
— Что это значило?
— Коварство. Хитрость и коварство самого худшего сорта. Мне стало казаться, что удовольствие, которое она выказала, слушая Сен-Санса и Бетховена, могло быть, да что там, должно было быть напускным. Я решил поставить на карту всё в последнем испытании. Не сводя с неё глаз, я начал играть одну вещицу собственного сочинения, небольшой очаровательный отрывок в ре-бемоль мажоре. Едва я коснулся клавиш, как с улицы послышались пронзительные звуки бродячей шарманки. Их воздействие на Люсинду, то есть мисс Робинсон, было подобно электрическому току. Она вскочила, подбежала к окну и заслушалась, демонстрируя все признаки чрезвычайного удовольствия. Негодяй-шарманщик сыграл три мелодии из последней дурацкой комической оперы Брауна.
— Тебе не по нраву Браун? — поинтересовался я. Худшего соперника для Петтифера в музыкальном мире едва ли можно было представить.
Петтифер проигнорировал моё замечание.
— Когда шарманщик закончил играть, — она бросила ему полкроны, закрыла окно и попросила меня продолжить. Я холодно попрощался и удалился.
— Вот как?
— Этим же вечером я написал ей, что наша помолвка расторгнута и при получении конверта с предоплатой почтовых расходов я верну ей её письма.
 
julietta-kmvДата: Вторник, 01.12.2015, 08:55 | Сообщение # 40
Молчун
Группа: Проверенные
Сообщений: 12
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Последнее испытание

- Ну, и когда же свадьба?

- Никогда. - ответил Петтифер, мрачно вздыхая. - Никогда. Все кончено. Полностью и бесповоротно. Мы расстались. Навеки. Я любил эту девушку, Смит, с той пылкой страстью, что не описать словами. Мы были созданы друг для друга, Смит. Она не выносила блюд с пастернаком, я их ненавидел. Мы оба коллекционировали марки, оба играли в пинг-понг. Словом, полное родство вкусов, и наш союз, казалось бы, предрешили Небеса. Но нет. Как бы не так.

- Похоже, сердце твое разбито. - сказал я, одновременно предлагая то единственное утешение, что было у меня под рукой.

- Так и есть. Спасибо, больше не лей, содовой не слишком много, да, вот так. Разбито вдребезги.

-Но что произошло?

- Сейчас расскажу. Ты же читаешь**?

Называя один из модных полупенсовых журналов, он перешел на благоговейный шепот.

- Регулярно, - признался я. - Его тираж впятеро больше, чем у любой из дешевых утренних газет.

- Это точно, - согласился Петтифер. - В общем, я, как и ты, постоянно читаю это великолепное издание. И именно ему я обязан моим нынешним горем. Пару дней назад в одной из колонок я наткнулся на статью, небольшую, но весьма интересную, адресованную тем, кто собирается жениться.

По мнению автора, ни один мужчина не должен сочетаться браком, предварительно не проверив свою невесту строжайшим образом на предмет музыкальных вкусов.

- Музыкальных?

- Именно. Суть проверки в том, что нужно играть отрывки произведений, обращая внимание на оказываемый ими эффект. В статье сказано, что этот метод способен ежегодно предотвращать тысячи несчастных браков. И я решил испробовать его. Результат ты видишь. Четыре дня назад...

- Знаю, знаю — поспешно прервал я. - Четыре дня назад ты был счастлив и полон жизни, а теперь!...Давай дальше.

- Это еще слабо сказано — проворчал Петтифер, - но если вкратце, то так оно и есть. В общем, сначала я решил сыграть ей отрывок из сочинений Сен-Санса. Ей понравилось с первого аккорда. Это обнадеживало, ведь девушкам, которым нравится Сен-Санс, присущи ум и уравновешенность. Я продолжил. Похоже, ей пришлась по вкусу и соната Бетховена, а от "Хора солдат" из оперы "Фауст" она была просто в восторге. Исходя из этого я понял, что она не только натура артистическая, но и чрезвычайно отзывчива.

- Тогда почему ты?
- Я как раз к этому веду. На следующий день я начал с Офенбаха. К моему ужасу, ей несомненно понравилось.

- На какие черты это указывало?

- Коварство. Хитрость и склонность ко лжи, худшие из качеств. Я начал думать, что наслаждение, которая она выказала, слушая Сен-Санса и Бетховена, могло быть, нет, должно было быть показным. Тогда я решился на еще одно, последнее испытание. От него зависело все. Не отводя от нее глаз, я начал играть кое-что из собственного сочинения, прекрасный отрывок, соль-бемоль мажор. Едва я коснулся клавиш, как с улицы донесся резкий, пронзительный звук — заиграла шарманка. Люсинду, точнее, ее следует звать мисс Робинсон, будто принизило током. Она подскочила, подбежала к окну и стала слушать с явным удовольствием. Пройдоха-шарманщик проиграл три мелодии, все из новой оперетты этого идиота Брауна.

- Тебе не нравится Браун? - уточнил я.

Браун — главнейший соперник Петтифера в мире музыки.

Мой вопрос был проигнорирован.

- Когда он закончил. - продолжил Петтифер, - она бросила ему полкроны, закрыла окно и попросила меня играть дальше. Однако я холодно извинился и откланялся.

- Неужели?

- Тем же вечером я написал ей о разрыве нашей помолвки и пообещал выслать все ее письма по получении конверта с адресом и марками.


Сообщение отредактировал julietta-kmv - Вторник, 01.12.2015, 09:04
 
YuraДата: Вторник, 01.12.2015, 10:38 | Сообщение # 41
Общаюсь, но в меру
Группа: Проверенные
Сообщений: 46
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
- Ладно – сказал я, - Когда должно состояться?
Петтифер угрюмо вздохнул.
- Никогда. Никогда. Все напрасно. Абсолютно все. Мы расстались навсегда. Я любил эту девушку, Смит, с такой неподдающейся определению страстью, которую невозможно описать словами. Мы были созданы друг для друга, Смит. Ей не нравились высокопарные слова. Я их ненавидел. Мы оба собирали почтовые марки. Оба играли в настольный теннис. Одним словом, наши вкусы одинаковы и союз, как вы наверно подумали, был из тех, которые созданы на Небесах. Но все, оказалось, не так. Далеко не так.
- Заметно, что ты убит горем – сказал я, одновременно предлагая ему единственное средство утешения, что находилось в пределах моей досягаемости.
- Да, конечно. Спасибо. Достаточно. Соды немного. Довольно. Совершенно убит горем.
- Но почему?
- Я скажу тебе. Ты читаешь…?
При упоминании одного из самых низкопробных журналов, его голос перешел на шепот.
- Часто – ответил я. Как и любая дешевая утренняя газета, выходит пять раз в неделю.
- Это так, – сказал Петтифер – Как и ты, я постоянный читатель этого великолепного издания. Это к тому, что я обязан своему теперешнему страданию. Через несколько дней после того как увидел в ее колонке статью, короткую, но необыкновенно интересную, адресованную тем, кто собирается вступить в брак. «Ни один человек – утверждает автор -не должен жениться без предварительной проверки своей избранницы с крайней строгостью на предмет музыки».
- Музыки?
- Именно. Смысл в том, что ты делаешь выбор и производишь эффект. Такими средствами – говорится в статье – можно заранее предотвратить тысячи несчастливых браков. Я решил испробовать метод. Итог перед тобой. Четыре дня назад….»
- Знаю – поспешно прервал я – четыре дня назад ты был полон жизни и радости, а теперь…! Так?
- Все шло более чем хорошо – проворчал Петтифер, - но в этом и есть суть того, что я собирался отметить. Я, значит, сначала испытал с ней отрывок из Сен-Санса. Ей он пришелся по душе с первого такта. Начало было хорошим. Девушка, которая восхищается Сен-Сансом отличается умом и уравновешенностью. Я продолжил. Казалось, ей нравилась соната Бетховена, и она с радостью на бис исполнила Хор Солдат из Фауста. И я таким образом сделал вывод, что она не только артистична, но и чрезвычайно чувствительна.
- Тогда почему ты…?
- Я к этому и веду. Следующий день я начал с нескольких тактов из Оффенбаха. Я был потрясен тем, что они ее явно пленяли.
- И что это значило?
- Хитрость. Хитрость и обман в самом его худшем виде. Я начал думать, что удовольствие, которое она показала на Сен-Сансе и Бетховене скорее, - нет, даже так и есть, всего лишь фарс. Я решил окончательно все выяснить на последнем тесте. Наблюдая за ней, я начал наигрывать что-то свое, приятная такая вещица в пять бемолей, с ноты соль. Едва нажал клавиши, как вдруг с улицы раздались резкие тона какой-то шарманки. Эффект Люсинды – я бы сказал, что мисс Робинсон была импульсивна. Она вскочила, подбежала к окну и стала слушать, все более и более выказывая признаки крайнего удовольствия. Этот бродяга сыграл три мелодии, все три – отрывки из последней комедии этого идиота Брауна.
- Вам не нравится Браун? – спросил я.
Браун – смертельный враг Петтифера в мире музыки.
Он проигнорировал вопрос и продолжил.
- Когда он закончил, она бросила ему полкроны, закрыла окно и попросила меня продолжить. Я холодно извинился и вышел.
- Да?
- В тот же вечер я сообщил в письменном виде, что наши отношения подошли к концу и что при получении конверта с маркой и адресом, я верну ей все письма.
 
LizzyДата: Вторник, 01.12.2015, 21:36 | Сообщение # 42
Живое Слово
Группа: Модераторы
Сообщений: 2084
Награды: 12
Репутация: 0
Статус: Offline
Николай, я, с Вашего позволения, уберу спойлер с Вашего перевода. Шоб было виднее. Никто уже смущаться не будет. smile

Дурак учится на своих ошибках, умный — на чужих, а мудрый использует опыт и тех, и других себе на пользу.
 
kuperschmidtДата: Вторник, 01.12.2015, 23:49 | Сообщение # 43
Говорун в квадрате
Группа: Модераторы
Сообщений: 134
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Бемоли бывают не только при ключе, они еще бывают т.с. встречными, то есть тональность соль-мажор, пять встречных бемолей Но смешнее звучит: "в соль-мажоре, пять бемолей при ключе", то есть тоника тоже понижается, это ж каким одаренным компоузером надо быть!
 
veraДата: Среда, 02.12.2015, 21:10 | Сообщение # 44
Собеседник Века
Группа: Проверенные
Сообщений: 349
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
“There was a good deal more of it,” said Pettifer querulously; “but that is certainly the gist of what I was about to remark. Well, I tried her first with...
Ну,наверное,больше никто не добавится. Самые большие разночтения у нас в этом предложении. Остальное, если не считать тональности,более-менее одинаково в плане понимания."Асбест" большинство опустило, настоящее время в привычках употребили.Спасибо за музкоммент.
 
TAMIKA2Дата: Среда, 02.12.2015, 22:21 | Сообщение # 45
Иногда изрекаю слово
Группа: Проверенные
Сообщений: 27
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Цитата kuperschmidt ()
Бемоли бывают не только при ключе, они еще бывают т.с. встречными, то есть тональность соль-мажор, пять встречных бемолей

А можно для тех, кто в танке, поподробнее? Насколько мне известно, в соль мажоре один диез и всё. Откуда пять встречных бемолей? По идее соль в ключе и пять бемолей это либо ре-бемоль мажор, либо си-бемоль минор

В системе мажоро-минорных ладов встречаются две тональности - одна из-которых мажорная, а другая минорная, - имеющие одинаковое количество ключевых знаков альтерации. Такие тональности называются параллельными. Наличие определённого количества ключевых знаков альтерации является признаком двух параллельных тональностей (мажорной и минорной). Например, при ключе имеются три диеза: фа-диез, до-диез и соль-диез - эти знаки определяют тональность ля мажор или фа-диез минор.
Чтобы установить тональность, следует посмотреть на последнюю ноту мелодии музыкального произведения и заключительный аккорд. Чаще всего музыкальное произведение оканчивается тоникой или тоническим трезвучием (или тоническим трезвучием с секстой). Если при наличии трёх диезов в ключе последняя нота мелодии - ля, а заключительный аккорд - ля-мажорное трезвучие, значит, тональность музыкального произведения ля-мажор; а если последняя нота мелодии - фа-диез, а аккорд - фа-диез-минорное трезвучие, то тональность будет не ля мажор а параллельная ей - фа-диез мажор. (отсюда http://www.fleita.com/forum/printthread.php?pp=80&t=1094)

Кстати, а судить нас когда начнут?
 
Форум » Все форумы » Переводы П. Г. Вудхауза » КПВ - Тур 145(ноябрь) (проза)
Страница 3 из 12«123451112»
Поиск:


Copyright sw-translations © 2017 При использовании материалов сайта ставьте гиперссылку!